Хайку Басё №148: Как сажа бела

花にうき世我酒白く⻝黑し

хана ни уки ё ва га сакэ cироку мэcи куроcи
hana ni uki yo // waga sake shiroku // meshi kuroshi

В дни, покуда вишня зацвела,
Скорбный мир бывает и задорен,
Даже если выпивка бела,
Даже если рис вареный чёрен.

Очень необычное и интересное стихотворение, допускающее множество интерпретаций и заставляющее задуматься.

Открывается хайку словом [хана] — «цветы» (по умолчанию, конечно, должна быть «сакура»). А частица [-ни] указывает направление или положение: «к цветам» или «в цветах». И [уки ё], очевидно, то же самое, что и в названии так популярной в мире японской гравюры «укиё-э».

[-ё] = «мир», а с [уки-] не так однозначно. Изночально [уки ё] было буддистским выражением, в котором [уки] читалось как «скорбь», «печаль». В концепции многомировой вселенной так назывался мир людей — «юдоль печали», «бренный мир». Но после какие-то весельчаки запустили каламбур, прочтя [уки] значением «плыть» и в проповедях о несовершенном «мире печали» стали звучать нотки развращенного гедонизма, мир стал «плывущим» от запретного удовольствия к запретному удовольствию. Словечко подхватили художники, оценив красоту «ускользающего мира», так прелестные гравюры стали дословно «картинками плывущего мира», [укиё-э].

А от Басё, давнего мастера каламбуров, нам следует ожидать обоих смыслов: «скорбный мир» и «мир утех».

Вторая: строка «мое сакэ белое» — и третья строка: «{приготовленный} рис является черным» — проблем и разночтений не вызывают. Формально возможны более общие значения: [сакэ] как «{любой} алкоголь» и [мэси] как «еда», но в данном случае всё однозначно: именно «сакэ» и «вареный рис».

Соберем дословный подстрочник: «в {сакуры} цветах {/к цветам} мир развлечений {/скорбей}; мое сакэ белое, {а мой вареный} рис черным является».

Картинка для привлечения внимания. Божество Дайкоку влезает на свои тюки с рисом, чтобы срезать цветущую ветвь. Цветная гравюра на дереве. Бансуй

Запутанные отношения. Три строки независимы. У каждой свой оттенок: цвет сакуры (то есть розовый), белый и черный. «Мир» в первой строке то ли противопоставлен двум другим строкам, то ли напротив складывается из них. Вторая строка с третьей максимальна контрастны, просто противоположны по цвету («белое» и «черное») но при этом по смыслу максимально близки. И в третьей строке у нас почти оксюморон: «черный рис» (который должен быть белым).

Так о чем это стихотворение? Бесспорен только сезон. Раз в тексте названы «цветы», мы находимся в периоде цветения сакуры и, возможно, совершаем [ханами] — любование, на которое собирается весь город. Тут уместны и сакэ, и рис.

Но сакэ «белое», то есть мутное, не очищенное, самое дешевое. И рис чёрен, так как не шлифован. Это то, что сейчас называют «бурым рисом» и хвалят за пищевую ценность, а во времена Басё это была дешевая еда. Еще не ячмень, но уже повод загрустить.

Если вспомнить биографию Басё, он достаточно резко понизил свой уровень жизни, из чиновника превратившись в бедного отшельника в хижине за городской чертой. И на пищевых предпочтениях это, несомненно, сказалось.

А весь прочий смысл хайку зависит от того, каким мы видим мир и с какой стороны от него распллагаем себя.

Пусть «мир» у нас «радостный» и мы — его часть: «цветам радуется мир, {несмотря на то, что} напиток дряной и еда так себе».

Если мир всё еще радостный, но без нас: «все вокруг к цветам {стремятся}, {а у меня другая проблема:} сакэ мутное и рис дешевый».

А если мир дурен и нет в жизни счастья? «Скорбный мир {пусть} в цветах {но не стоит забывать, что он} чёрно-белый {как} мои рис и сакэ».

А вдруг счастье есть? «Цветам в мире печали {подобны} даже мутный алкоголь и некачественная еда» — умейте радоваться!

[уки] амбивалентно раскладывается на «радость» и «горесть», а читатель волен выбирать отношения между строками и место лирического героя, выстраивая как в калейдоскопе часто противоположные смыслы.

Хайку на удивление популярно у переводчиков и мы можем сравнить, кто какой выбор сделал.

У Веры Марковой «мир» [ё] в смысле «общества», а эпитет при нем секулярный — «праздник»:

Пируют в дни рассвета вишен.
Но мутное вино моё бело,
но с шелухою рис мой чёрный.

Герой же помещен вне «общества».

Вера Николаевна не по-хайковски многословна и старается как можно понятнее выразить суть сюжета.

Владимир Соколов (Мирослав Адамчик), как водится, в глаза не видел оригинал и лишь перефразирует Маркову, выкидывая всё, что не вписалось в ритм (причем не оригинальный, о котором «переводчик» не в курсе, а в типовой для хайку 5—7—5), теряя сезонное слово и краски:

Пируют в праздник,
но мутно моё вино
и чёрен мой рис.

Александр Аркадьевич Долин обычно ближе к дословному, чем к описательному подходу, но в этот раз тоже объясняет:

В мире вишни цветут —
а сакэ моё с мутью белой,
рис с примесью чёрной...

Нам здесь не очень уютно в первой строке, ведь в оригинале отношения «мира» и «вишень», скорее, противоположные: не «в мире вишни», а «в вишнях мир».

И главный выбор в смыслах, похоже, тот же, что и у Марковой: мир радостен, а герой вне его.

Дмитрий Смирнов-Садовский и почти дословен, и достаточно оригинален:

мир среди цветов —
с белой мутью, как сакэ,
с чернотой, как рис

Противопоставление снято, «сансара и есть нирвана», в скорби заключен праздник.

А у англоязычной переводчицы Джейн Райкхолд выбор не сделан, отношения нужно выбирать читателю.

flowers in this world
my wine is white
my rice dark

В мелочах «цветы» и «мир» как и у Долина поменялись ролями; «мир», скорее, в буддистском понимании («этот мир» подразумевает наличие других); в третьей строке добавлено «мой {рис}», что, конечно, предусматривалось в оригинале, но фонетически анафоры «my//my» там не было; ну и «темный» (dark) — все-таки не «черный», чисто цветовая игра потеряна.

А что выберем мы? Наверное, самый банальный и ожидаемый вариант. В предыдцщих стихотворениях, (см., например, хайку №136) Басё указывал на свою бедность и аскетичность (в том числе в еде), как на путь к духовному очищению. Вот и здесь, возможно, ограниченная еда по крайней мере не мешает радостям красоты.

Оба варианта смысла у эпитета [уки]: «скорбный» и «веселый» постараемся раскрыть последовательно.

Обязательно нужно сохранить цвета: «белый» и «черный» визуализируют картинку. И можно даже не объяснять, почему сакэ белое, а рис черный — дело не в них.

Темы

#весна #еда #сакура #сакэ #цветы

См. также

• ← Предыдущее стихотворение №147
• Все переводы хайку Басё
• Стихи Басё по-японски